Terrierist by Robert Bradford

Роберту Брадфорду, без сомнения, нравятся игрушки. По крайней мере, он их использует, чтобы сделать свои забавные, полные цвета, иронии и позитивной энергии скульптуры, которые мы можем наблюдать последнее время. Роберт Брадфорд думает о том, как меняется наш взгляд на жизнь, тем же самым образом он переиспользует игрушки и мусор, чтобы дать им новое значение и новую жизнь, чтобы изменить угол нашего восприятия этого мусора. Проработав в учреждении психической помощи несколько лет в своей жизни, он видит паралелли между искусством и психотерапией, он создает свежий, энергичный выразительный язык. Его последний проект имеет большой успех по всему миру. Брадфорд проживает в Корнуэле, Великобритания, и так же известен как автор скульптуры гигантской пчелы в садах Eden Project. Надеюсь, вам понравятся его работы так же, как мне.

Image Courtesy of Robert Bradford / Все изображения принадлежат Роберту Брадфорду.

найдено на yatzer.com

Одни называли картину лучшей работой Балабанова,  другие обвиняли его в «чернухе».

В ходе исследования, относящегося к моему диплому,  просматривала на YouTube разные видео из Груза 200. Искала информацию о некоторых запомнившихся саундтреках, которые, как показалось, сделали многое для создания специфической «атмосферы» кино. До музыки я не добралась (то есть теперь конечно понимаю, что то, что меня заинтересовало было творчеством Юрия Лозы). Но встреча с  выложенным в сеть обсуждением самого фильма Алексея Балабанова на Первом канале, произвела впечатление. С одной стороны – это конечно сама ситуация подобной передачи: постановка стульчиков, конфликт коммунисты-антикоммунисты, Гордон во всей красе, довольное лицо молчаливого режиссера, с другой – материал обсуждения: радикально жестокая, холодная картина, что на мой взгляд имеет больше отношения не к самой советской реальности (о которой там так много спорили), а к тому как мы сами думаем и как режиссер нам предписывает думать о себе сегодня и о нашем прошлом.

Драма, разворачивающая на экране, попеременно вызывает то интерес, то отвращение. Из-за того, что шоу началось с негативного мнения члена КПРФ, сложилось глубокое впечатление, что дискуссия сильно построена ей в ответ, и в ответ всему поколению, которое можно считать причастным  (за что не виню Александра Гордона – ни он ли покинул СССР в 89-ом от перенасыщения… и отсидел в Кащенко, чтобы не попасть в тот самый Афган..?) поэтому программа сама изначально была заложенна политизированной, излишне…

В результате возникает вопрос, зачем же призывать людей к разговору о художественном? После устроения политического шоу с поливанием грязью такой  теперь слабой и не существующей вовсе Соц. родины, это звучит не к месту…  Мнения участников в конечном итоге оказались весьма разны и часто личностны. И по большей части не о том, что могло бы заинтересовать тех кто «понимает» кино. Может быть это мой вкус, но, думаю, это вполне может быть неприятно главному герою программы – зрителю (нет не ведущему)… Гордон же в свою очередь, работает в своем сложившимся стиле, (два-три раза смотрела его передачи в прошлом) ни на шаг не отходит от того, что обычно делает. Патетический конфликт из-за обсуждения какого-то нового кино преподносится с таким театральным пафосом, что невольно даюсь диву…  Совсем не понятно откуда все это на ТВ, и, главное, зачем? Какую цель они преследуют, показывая по телевидению жесточайшие фильмы,  не рекомендованные для телевизионного показа, (и неужели с рекламой?!) и потом до хрипоты спорят о них с актерами, политиками и режиссерами? Нет, это явно не попытка обещанной дискуссии. С такой нарезкой мнений, как на орт, за дискуссией следовать практически невозможно…

Было интересно увидеть в шоу самих создателей фильма, хоть они и были не особо общительны. В Балабановской тельняге есть что-то, что обяснило многое. А фильмы его ведь становятся жестче с каждым разом, отсутствие какой-либо моральной позиции – более четким клеймом. За время интереса к нему, у меня сложилось ощущение, что война и служба оказали, должно быть, огромное влияние на будущего режиссера. Было приятно услышать подтверждение предположению. В 81-83 ем году Балабанов служил а транспортной авиации, и задумка фильма частично связяна с этим периодом, как он рассказал, и  еще днями, когда, работая ассистентом режиссера, он путешествовал по разным городам Сибири…  Заключение передачи с вопросами режиссеру – разочарование.

Как сказал скайт Первого канала, Закрытый Показ – это «программа для киногурманов, для тех, кто знает и понимает кино.» И это расстроило. Было бы неприятно впервые в жизни встретиться с такой моделью «знания» и «понимания» кино. Хотя, не спорю, конечно она может быть просто «другая» модель,  и у нее есть свои плюсы, например, она хоть какая-нибудь. И еще, это неплохой повод показать новое кино по телевидению, конечно же…

~~~

Груз 200 вышел в прокат в 2007ом году. Это одиннадцатый фильм Алексея Балабанова, вызвавший много споров среди критиков, специалистов по кино и простых зрителей.

Многие актёры, прочитав сценарий, отказывались от участия в картине. Например, Евгений Миронов не принял предложение режиссёра сыграть маньяка Журова, а Сергей Маковецкий отказался от роли профессора Артёма (однако, в итоге её озвучил). Весной 2007 года по завершении работы над фильмом был организован ряд закрытых показов для прессы и представителей творческой и политической элиты. Отзывы на «Груз 200» были диаметрально противоположными: если одни называли картину лучшей работой Балабанова, то другие обвиняли его в «чернухе». Вручение фильму приза Гильдии российских кинокритиков на кинофестивале «Кинотавр» обернулось скандалом. До последнего момента выход «Груза 200» на широкие экраны оставался под вопросом. (Реакция на фильм из Википедии.)

Закрытый Показ  от 11 апреля 2008 года выложен в 11 частях на YouTube, http://www.youtube.com/watch?v=pGIX7yRSaTc&videos=T5V1Ca25-k8&playnext_from=TL&playnext=1

~~~

Смотрите Кино!

город,  поездка на алькатраз, мосты, быт и прочее …

Калифорнийские приключения

Мне давно хотелась рассказать… поведать вам о далеких краях, которые мне повезло посетить этой странной осенью. Теперь выдалась минутка  в ночи, и я вместе с вами попытаюсь окунуться в события прошлого месяца. Итак: 11.15, задержавщийся самолет Virgin Atlantic по направлению в Сан Франциско наконец-то готовится ко взлету. Я в нем с пятью коллегами, после недель сборов, полугодовой подготовки, митингов, переписок. Моя новя семья на две недели  - это Терри, Гилермо (в дальнейшем просто  Ги), Леон, Джо и Джон Хуа. Они интересные и все разные:  с большинством у нас очень мало и так же очень много общего. Ужасно индивидуальне, но художники. Этого достаточно для двух недель, но не больше. Потом начинаешь сильно замечать что кто-то ближе, а кто-то не особо.

Вятка – Сан Франциско. Аквариум

Мы вылетели в одиннадцать, еще одиннадцать часов надо было провести в небе, чтобы заново начать наш день, 28ое октября, но уже под теплым Калифорнийским солнцем. На самолет грешно жаловаться: Virgin сделали все, чтобы пассажирам не было грустно. Неимоверные развлекательные системы с последней документалкой, радио, тв программами и свежими фильмами; неплохая еда, привлекательная форма проводников – и я не заметила, как прошло мое время за работой над диссером и мучительным полусном. Быть в АМЕРИКЕ было странно. Я до сих пор момню мои первые сто долларов снятые в банкомате Bank of America с чарджем в 2 с поломиной бакса, это было странное чувство. Держать эту пачку денег в своей руке было крайне удовлетворительно. В нашей российской жизни, казалось так много зависело от долларов – все 90-е были о них…  Это было хорошее чувство.

Перые дни я прожила в хостеле на Post (Почтовая улица). Это прямо в центре, в пати минутах от финансового района со зднаменитой высоткой принадлежащей Bank of America, и всего прочего, что приемущественно на этой фотке:

и на этой тоже.

Хостел был приятный: чистый, дружелюбный, чертовски удобный и уютный. По утрам были бесплатыне блины. Их можно было приготовить на кухне из уже заготовленной смеси. Добавить кленового сиропа – вот и американский завтрак. Пожалте. Бесплатный пул, использованные гондоны в душе, вонючая курилка с мексиканскими пейнтингами на стене. Жаль нет фотографии. Так чертовски стремно рисовать  еще уметь надо. Я думаю иногда, что было бы здорово вернуться пожить в этом хостелле. Джо сказала мне, что можно жить неделю бесплатно, если работать на них неделю. Но дело не в заманчивой атмосфере студенчества и независимости, которой там все провоняло. Моей душе более прикипели эти первые шаги вниз по Пост, и невообразимо-яркое солнце. Мы, долгие дни проделывая один и тот же маршрут до Union square (Площадь Eдинения), буквально не моги поверить в связь того, что с нами происходило, и самой реальности. Это было слишком… круто, ужасно, как в кино. Как Америка… с акцентом.

Но мы туда не гулять приехали. До нашей выставки со студентами  California College of Arts оставались щитанные дни, и надо было еще и дела делать. У Ги и у меня самой все было не слава Богу. Мы «советовались с врачом» вместе.  Другу поуэрто-риканцу надо было распечатать огромный фото-файл, мне – забацать слайды уже с готовой пленки. Но, можете поверить, – даже такие мелочи  в ситуации типа нашей – это нервишки. Ну, как тут будешь оттягиваться с пивком под стук шаров для пула, если главное не улажено? Если даже не известно, будет ли оно улажено когда-нибудь? Эти слайды были изначально катастрофой, и я ринулась в их сторону во спасение собственной жизни. Женщина, которая огранизовывала нашу вставку, оказалась верхом неорганизованности и полнейшим отсутствием профессионализма. (Давно столько проблем для меня не было создано одним человеком – года с 2007ого наверное!) Из-за нее я влетела в технический пиздец. На выставке  показывала серию работ про Ленина, слинкованных одной темой и объясняющих друг друга как серия.  Проекция, видео и книга.  Проекция – главное, что случалось в моей производственной жизни этой осенью (не считая позднего порно), оказалась под угрозой.  Координатор Мариэлла, не поскромничала, и сказала в последнем мейле, полученном мной буквально до отъезда, что мне придется напечатать мой jpeg, потому, что они не смогли забукать мне цифровой проектор… Я решила, что будет слайд, что на настолько фантастические компромиссы я не хожу… как белка в колесе все дни перед отъездом – но вырулила. да.

Мы провели второй день, улаживая эти гадости по разным интересным местам с Гиллермо. Дела интереснее их отсутствия, разделение творческих переживаний приятнее, чем когда все готово и блюдо надо нести на стол. В Адольф Гассет – фотолаборатории на 2nd st я заказала слайды у женцины, которая посчитала фрикством мое неумение произнести по буквам свое имя. Гиев принт заказали двумя блоками выше – в графическом салоне, где он не мог произнести по буквам свою фамилию.  Странная особенность английского языка – из-за повсеместной интернациональности может быть, но на нем каждый чуть что произносит все по-буквам. Свое имя в первую очередь. А я не могу, то есть могу, но плохо. В Британии даже детская ТВ игра есть, где соревнуются в умении произносить слова по буквам. Разные уровни сложности, от nokia до phallocentric).  G, u, i,  double l, e, r, m, o – правда сложно.  »-B, a, s, k, a, k, o, v, a» они едва ли улавливают окончание. Меня звали baskakoua, baskakove и baskakoba на разных фото-заказах которые я делала в СФ.

После заказов мы гуляли до Mission District. Это считается одим из клевых мест в Сан Франциско. Прямиком по одной бесконечной Харрисон стрит мы дошли от второй до двадцать третьей. Я не знаю почему Мишн считается клевым местом. Это мексиканский район, набитый дисканутными магазинами, секонд-хендамии и точками потребления буррито и пиццы. Оказаться там впервые было здорово – даже тронула искорка ностальгии по красе Владиморской области. Почему? Из-за домиков: столько резных наличников я до этого видела только там; столько деревянных ухоженных домиков, столько простой красоты вдоль дороги… Резидентская Mission состоит из не больших деревянных цветных 2х-3х этажных домиков в основном. По более крупным тогровым улицам, конечно, все более серьезно – и на домах тардиционные мексиканские росписи. Темы этой живописи разные – изображения революционеров, религиозных деятелей, традиционные узоры, копии работ Фриды Кало, признания в любви прекрасному городу и прочее.  Не было лучшей награды, чем прожить потом в этом районе оставшиеся после хостела дни. Я жила  у Нико и Ребекки – замечательного художника, приемущественно заинтересованного в видео и политике,  и фотографа блоггера. Со мной пару дней были Ги и Леон, которые отправились на шесть улиц вниз, на 17ую к очаровательному Брайану, Дейву и Мэтту из LA. Жить с Нико было прикольно – выдавались вечера, когда мы даже не встречались, ни с ним, ни с другими дамами, населявшими дом. Почти всегда я возвращалась не раньше полуночи, и  иногда мы просто сидели и болтали о разных вещах: о последних проектах, графике, тому, как устроен мир… Америка-Британия, Америка-Россия… Мне там нравилось.

Жить в Mission District  было здорово, хотя бы потому, что с утра по пути на станцию, чувствуешь, что от каждого первого, шагающего по улице, непомерно несет травой. Прямо как в той песне Гребенщикова: «В Сан Франциско на улице Индианы, растут пальмы из марихуаны…» Я получила много удовольствия просто неспешно делая дела – покупая хурму по 79 центов за фунт, посылая открытки, заглядывая в мексиканские булочные и попивая простой американский кофий.

Мы с товарищами оказались в Сан Франциско на Хеллоуин. И он требует отдельного параграфа. Там он оказался гораздо более значимым делом, чем в Британии. И нам надо было  следовать традиции. Я на ночь стала Animal из Muppet Show, Ги и Нико переоделись в Криса и Кроса – двух детей-рэперов, Джо была Эми Вайнхауз, Терри –  Энди Уорхолом, и Леон стал на ночь Евросоюзом. Это потребовало немало усилий – поскольку оставалось всего лишь часа два на сборы, когда мы окончательно решили, что мы делаем это. Видели бы вы эти магазины костюмов из которых было вынесенно все под чистую! Наверное в перестройку так трешово выглядели продуктовые гастрономы. Ночь мы провели на пати, происходившее в чьей-то переполненной людьми квартире. Жаль, что в Лондоне эта традиция наряжаться не воспринимается настолько серъезно. И конечно жаль,что в России нет праздников, предполагающих подобное сумасшествие с костюмами, ведь это просто весело и интересно стать на одну ночь чем-то еще, чем хочешь стать! Просто побыть всем городом не в своей тарелке…

Вообще было много сумасшедших идей. Например, одна из них была поездка на Bodega Bay – то место, где происходил фильм Альфреда Хичкока Птицы. Мы решили снять машину, чтобы поехать полюбоваться роскошью Калифорнийской природы.  А мне очень хотелось посетить Неваду (куда надо съездить в следующий раз)! Мы сняли машину. И ехали. Это было психовано, нам сносило крышу, только от одной мысли, что мы будем ехать по Golden Gate Bridge. И все равно, даже когда оно случилось, все не выгладело как реальность! Кто-то здесь еще верит в то, что я это сделала? Может быть вам это не так сложно как мне…

Вечер дня, когда мы прокатились до Бодега Бей, закончился необычайно вкусным знакомством с Рикки (попеременно практикующим хобби-карьеру повара), и начинающим (но уже прошедшем чуть дальше, чем мы) живописцем Нилом. Они странные люди, без дурных комплексов и заморочек, ведующе себя как дети, бегающие по пляжу без шатнов, и знающие самое прекрасное, что можно испытать после непробивного кофеина  и вина. Это:

Это были незабываемый вечер-ночь-утро. И откуда эти люди знали, как делать это время незабываемым? Они знают какой-то секрет, по рецепту который похож на смесь аутентичности, свободы и близости к природе. Вкус недавно распробованный мной вместе с вк между Анапой и Новороссийском. Мой друг из Окланда – Вивиан сказала, что она думает, что это просто глупость. А по-моему молодость. Калифорния дала мне понять, что я сильно выросла, и с каждым годом моей работы расту моложе. А эти люди просто знают свободу, как мы ее не знаем.

Я осталась у них до утра, чтобы снова увидеть Маршал бич (фотография выше сделанна Джоанной оттуда), чтобы посмотреть на Американские береговые батареи в обилии разбросанные по берегу, и чтобы поучаствовать в обещанном филипинцем завтраком. Рикки и правда здорово готовил, и если бы не моя тяга к чему-от еще я может быть и вышла бы за него замуж. Конечно, эта тема тоже нужна была, чтобы дополнить идеальную сцену, в которую мы вчетвером попали. Это было голливудское кино с не самыми заурядными актерами. Эпизод, где мы вели эту неспешную беседу на огромном крыльце шикарного дома с видом на высоченный лес, в чудном парковом районе Пресидо, чтобы потом, когда все закончится, кто-то пошел бродить по дикому берегу, а кто-то сел в красную машину и направился уже в совсем другой мир.

Мы потом еще встречались с Нилом в колледже – работы, вывешенные там, понравились мне гораздо больше, чем то, что украшало столовую в доме, где мы были. Он работает в универе охранником и учится на мастера. А еще, люди говорят о нем странные вещи.

Моя прогулка по берегу в тот день (ведь вы догадались, за кем следовал режиссер в этом кино) оказалась одним из лучших моментов. Со мной не было никого, кто мог бы быть помехой. Да и ночная красота не то чтобы сильно привзошла день. Но эти два переживания не стоит сравнивать. Ночь была о компании – утро было лишь для одного учстника. Я качалась на качелях под выученное «не отпускай» Земфиры, гуляла по лавандовому лесу, кричала океану спасибо за встречу, и каждый раз любовалась и заново фотографировала, поразивший меня довольно глубоко своей слаженностью и культовой красотой Golden Gate Bridge.

А вечером было открытие выставки, не оказавшее ни на кого большого впечатления.  Нил сказал, что это хороший признак.  Это помешает слишком сильно привязаться к событию, что может легко нарушить творческий процесс. Вечером все были настолько раздражены на Мариеллу, что единодушия и желания отмечать это  не было.  Но шоу, по всеобщему мнению, вышло довольно симпатичным. И я могу сказать, что в целом довольна. Все технические проблемы с которыми я столкнулась никак не перевешивали просто сам факт нескольких очень полезных диалогов. И в конечном итоге, дело было даже не в том, чтобы приехать куда-то в далекую Америку и повесить там своё барахло на стену. Важнее все же эти дискуссии, которые происходят вокруг этих вещей, и они сказали мне о многом. По крайней мере вполне достаточно, чтобы заново пересмотреть тему отношений моей родной культуры и Запада.  Конекст Америки, на мой взгляд, идеален, чтобы думать об этих вещах. Она более радикальна, она больше своей ортодоксальностью и прямотой похожа на Россию. Тамошние ребята гораздо ближе к нашим пост-милитаристским шуткам про ракеты и большую политику, чем Британцы. Хотя специфика их понимания, того, что я могу им предложить в своих работах, тоже весьма поверхностна, но она есть, и они не  будут слишком осторожничать с тем, чтобы ее высказать.

Эта поездка оставила много замечательных впечатлений. Посещение Алькатраса, пикничок на площадке для прогулки заключенных. Поизитивно-добрая, британская радость моих друзей от вида Тихого океана. Диалоги. Дешевый шоппинг. Вкусная, нездоровая еда. –  из светлых. Но были и тяжелые моменты. Например, отношения с некоторыми близкими друзъями пострадали, и еще теперь у меня в кармане нет ни гроша. Буду ждать, пока лекарства начнут действовать, и действовать, не ожидая, лекарств. В дальшейшем напишу вам еще один пост с выборочными фотографиями моих 10-ти пленок.

Как пост сриптум… Поездка эта, все же, началась не с колледжа (который нам никакой поддержки не оказывал) и Мариеллы и не задержанного самолета Virgin Atlantic, но со стихотворения, написанного мной прошлым ноябрем.

Alex

Говорил же ноябрь фатален. ноябрь – это game over.
отвалятся ноги, перед галазами – экраны смерти.
ты впадаешь в апатию, я, похоже, в истерику.
ты, наверно, – медведь, я может как птица,
хочу улететь в америку.

Заранее знаю что все не сильно изменится.
моя личность станет чуть ярче, денег не станет больше.
Может встретятся эмигранты,
расскажут про родину
А может медведи, и про тебя расскажут.

Отрубаешься, падаешь, катишься. бсод.
больничная лестница. Помню грязные стекла.
Поэт не живет без надежды на перевод.
Может надпись на лавке и память какая-то беклая,

Но его уже – нет.
Потом и меня не станет,
позже – тебя и медведей, родины и америки.
говорю же – ноябрь. снег то идет то тает.
Ты впадаешь в апатию. я – как видишь – в истерику

© lovely stars by sumatrakitty at etsy.com

Потихоньку и неумолимо наступает зима – время для домашнего уюта. Поэтому я решила рассказать, как делать Вальдорфские звезды на окна. Вальдорфские звезды – немецкие традиционные лайткетчеры (витражи?), которые делают в Вальдорфских школах и семьях. Ими украшают окна. Их вешают на стекла, чтобы свет проходил сквозь бумагу. Получается очень красиво и уютно, и они выглядят гораздо интереснее, чем вырезанные снежинки. Я потратила уйму времени,  чтобы вспомнить, как что делать, но все оказалось довольно просто. Вот тьюториал одной американской вальдорфской мамы, которая на радость всем нам ведет свой замечательный блог. Его и переведу:

Вам понадобится  8 разноцветных квадратиков пропускающей свет бумаги (кальки, бумаги для воздушных змеев) и клеющий карандаш. Лучше найти более плотную бумагу, чем кальку, чтобы проще было сворачивать и звезда получилась красивая и ровная.

Возьмите каждый квадратик и сложите пополам по диагонали. Разогните листки обратно. Потом заверните уголок квадрата с каждой стороны к центральной линии.

Намажте клеем уголки, чтобы приклеить стононы луча к центру (см. картинку). Склейте звезду вместе, приклеивая не сложеный конец каждого луча (низ) к диагонали предыдущего луча. Продолжайте пока не склеите все лучи вместе.

Можно еще поразвлечься с разными размерами. Из 8ми сантиметровых квадратиков получится звезда высотой примерно 20 см. Из 15ти сантиметровых – чуть больше 40 см. Have fun!

Прилепите вашу звезду на окно с помошью blue tack или двухсторонней ленты и наслаждайтесь прекрасными красками зимнего солнца, проходящего сквозь вашу звезду.

С днём рождения!!

Ещё больше арта, ещё больше всевозможных событий в жизни (положительных, разумеется), ещё больше энергии и сил, ещё больше!

Умер Бахчанян. Мои надежды однажды пожать ему руку где-нибудь в толпливом Нью-Йоркском кафе, сказать спасибо за все не сбылись. Он не был многим для меня, преувеличивать не стану, но значил он, гораздо больше, чем был.  Его искусство тихо пропитало многие коржи нашей современной культуры. Первое  знакомство –  в апреле 2007 года, в Третьяковке на Крымском валу – создалю мою нежною привязанность к опусам художника. В рамках то ли биеннале, то ли постоянной экспозиции в общем ряду прочих гениев соц-арта (да, Косолапова, Сокова, Чуйкова, Булатова – всех тех, кого надо проклинать за существование группы ПГ, Синих Носов и пр современное политическое мракобесие) выставлялясь его Лолита и Автопортрет в гримме Отелло, и может быть что-то еще что мне не довелось заметить. Он получил тогда целую страницу в моем скечбуке.

Лолита. 1975. коллаж, бумага, ч/б фото.

Автопортрет в гримме Отелло.1984.ч/б фото (данная копия взята из книги "Мух Уйма")

Короче, когда я все это увидела, мне стало очень хорошо понятно одно: вот так надо делать искусство.  И я до сих пор не могу понять, как их там понимали и понимают? В предисловии к Мух Уйма Александр Генис писал про Америку так: «От нас она ждет примерно того, что она о нас знает, — плюс-минус 15 процентов.»

Помимо прочего, Бахчанян был автором замечательных афоризмов… Сегодня  в рунете многние его вспоминают,как автора, сказавшего «Мы рождены: чтоб Кафку сделать былью!» И вы, наверное, уж как-нибудь точно натыкались на его лозунги:

Вся власть — сонетам!
Мертворожденный ползать не может!
Дурная слава КПСС!
Как повяжешь галстук, береги его,
он ведь с красной рыбою цвета одного!
Бейлис умер, но дело его живет!
Всеми правдами и неправдами жить не по лжи!
Бумажник – оружие пролетариата!
От великого до смешного один шаг вперед, два шага назад!
Пусть крепнет дружба между нар… (не окончено)
Агония, пли!
Дышите на ладан как можно глубже!
Лучше умереть стоя, чем жить с кем-нибудь на коленях!
Почетный ка-ра-у-у-у-ул!
Бей баклуши — спасай Россию!
И на нашей улице будут будни!
С волками жить — по-волчьи вы-ы-ы-ы-ы-ть!
Друг товарищу брат!
Это безумный, безумный, безумный мир победит войну!
Язык мой — враг мой руки перед едой!
Искусство принадлежит народу и требует жертв!
Но Мопассан!
Я волком бы выгрыз только за то, что им разговаривал Ленин!
Храните тайну в сберегательной кассе!
Монархия – мать порядка!
Мы рождены: чтоб Кафку сделать былью!

И уж точно слышали о его произведении, по-имени Лимонов. Будучи другом тогда еще просто писателя Эдуарда Савенко, Бахчанян придумал ему псевдоним Лимонов. Эдуард Лимонов – так мы его теперь и знаем.

Вагрич Бахчанян стал автором нескольких книг, две из них – Мух Уйма: Художства, Вишневый Ад были привезены в Россию. Мух Уйма в свою очередь, милостливо выложена на samizdat.zaraz.org. Всем советую.

И в заключение, позволю себе несколько …

Коллаж для обложки книги С.Юрьенена «Нарушитель границы»

Ленин, 1975

СОВЕТСКОЕ ПРОСТРАНСТВО

…………………

«Спутник» летит.
Время бежит.
Суд идет.
Стража стоит.
Буковский сидит.
Ленин лежит.

Москва, 1973

Stalin Test, 2005 mixed media on paper 13 1/4 x 21 1/4 in. (33.7 x 54 cm.)

Загадки

без названия

collage, 1991

Апдейт:
Хотчется еще упомянуть, что Бахчаняна стоит так же помнить, как одного из участников выставки Запретное Искусство, которая о-го-го как нашумела в 80-е. Только тогда риск состоял в использовании изображений Ленина – теперь же, в изображении Христа.

Голос Америки и IZO сообщают, что художник совершил самоубйство, поскольку долгое время страдал от невролгического заболевания, которое привело его к тому, что он слышал громкие непрекращающиеся крики. (IZO)

Японский художник из Токио Takahiro Kimura
Project “Broken Face”.

Открыла для себя нового художника, пока думала как бы обновить свой арт-блог. Очень понравились портреты из проекта  «Broken Face» – я даже вдохновилась на рисование сегодня вечером.

Не так давно мне довелось на интереснейшем вечере. Главное лицо – Елена Фанайлова, воронежский поэт. Однако программа включала в себя не только чтение стихов. У Фанайловой есть брат, который в районе 90-х гг. снимал клипы одной группе. Короче, пару подобных роликов и было представлено перед чтениями.
Хочу поделиться: